МАНДАТ ДЕПУТАТА ПРЕДСТАВИТЕЛЬНОГО ОРГАНА МУНИЦИПАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ - Юридический журнал Правовое государство: теория и практика

ISSN 2500-0217 / Включен в Перечень ВАК

 

МАНДАТ ДЕПУТАТА ПРЕДСТАВИТЕЛЬНОГО ОРГАНА МУНИЦИПАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Понедельник, 16 Январь 2017
Журнал: № 1 (19) 2010
Скачать статью:

Наука государствоведения при рассмотрении депутатского мандата в указанном значении выделяет два основных вида мандата: императивный и свободный. В самом общем виде под императивным мандатом следует понимать полномочия, полученные депутатом от избирателей при условии, что он обязан обеспечивать взаимосвязь со своими избирателями в различных формах (прием и информирование избирателей, рассмотрение их обращений и наказов, отчеты депутата, отзыв депутата по инициативе избирателей и др.); выполнять их наказы; нести перед ними ответственность вплоть до досрочного прекращения полномочий по инициативе избирателей (институт отзыва).

В общем понимании свободный мандат предполагает, что депутат (парламентарий) после избрания фактически утрачивает связь со своими избирателями, не может быть связан их наказами избирателей и отозван ими, работает в парламенте, как правило, на постоянной, профессиональной основе, в принятии решении руководствуется общегосударственными, общенародными интересами.

Следует отметить, что развитие института императивного мандата депутата напрямую связано с историей средневекового города и развитием права Германии, Италии и Франции XII-XVI вв. После того как результаты буржуазных революций XVII-XVIII вв., отразившие победу нового общественного строя с изменившимся балансом социальных сил и стабильными принципами демократии, были юридически оформлены, институт императивного мандата не был воспринят ни романо-германской, ни англосаксонской правовыми системами. Можно привести лишь один яркий пример императивного мандата в государственно-правовой практике развитого европейского государства.

Важно отметить, что история развития зарубежного государствоведения убедительно доказала использование императивного мандата на всех уровнях публичной власти в большей мере присуще государствам с авторитарной системой властных отношений. Демократическое государство исходит из понимания того, что наказы избирателей и прямая ответственность депутатов перед избирателями в виде института отзыва имеют какую-либо практическую значимость только на уровне местного самоуправления, поскольку на общегосударственном уровне парламент решает более весомые проблемы, а парламентарии призваны представлять интересы всего народа, а не отдельных групп избирателей.

В подавляющем большинстве конституций современных зарубежных государств предпочтение отдается свободному мандату депутата перед императивным. Утверждение в европейской конституционной доктрине свободного мандата, то есть мандата, при котором независимость депутата выражается в отсутствии каких-либо процедур отзыва, происходит после того, как в период Великой французской революции Национальное собрание декретами 1879 года освободило парламентариев от обязанности следовать инструкциям избирателей. Затем эти инструкции были запрещены вообще. Элементы императивного мандата можно найти в настоящее время только в законодательстве Китайской республики, КНДР и Болгарии и ряда других стран. Например, депутаты Народного Собрания Болгарии, хотя и представляют в парламента весь народ, могут быть отозваны избирателями.

Элементы императивного мандата можно найти в настоящее время только в законодательстве Китайской республики, КНДР, Болгарии и ряда других стран. Например, депутаты Народного Собрания Болгарии хотя и представляют в парламенте весь народ, могут быть отозваны избирателями[2]. Другие исследователи склонны утверждать, что императивный мандат депутата создает только видимость народовластия и порождает зависимость парламентария, в первую очередь, от региональных органов государственной власти. Такого рода споры, возникающие не только в теории муниципального права, но и в практике правового регулирования деятельности депутата местного представительства, требуют ответа на принципиальный вопрос о том, в какой мере российскому законодателю, несмотря на изменившиеся социально-политические и экономические условия, следует продолжить тенденцию прошлых лет по отражению в национальном законодательстве особенностей публично-правовой природы мандата указанного депутата, сочетающего черты свободного и императивного характера.

В юридической науке мандат депутата (от лат. mandatum - поручение; англ. mandate) в самом общем виде рассматривают в двух значения: во-первых, как документ, удостоверяющий права депутата; во-вторых, как полномочия депутата, а также наказы, поручения, получаемые им от избирателей и населения[4].

В соответствии с ч.3, ст.4 Закона г. Москвы от 6 июля 2005 г. № 38 «Избирательный кодекс города Москвы» каждый избиратель имеет один голос по одномандатному муниципальному избирательному округу. Если на выборах депутатов муниципального Собрания образуются многомандатные избирательные округа с разным числом мандатов, все избиратели соответствующего муниципального образования имеют число голосов, равное числу мандатов, подлежащих распределению в избирательном округе с наименьшим числом мандатов[6].

Ряд ученых рассматривают функции и характер депутатского мандата в качестве структурных элементов правового статуса депутата. Так, по мнению А.В.Зиновьева, «одним из элементов правового статуса депутата являются функции, в процессе осуществления которых депутаты решают стоящие перед ними задачи и достигают намеченных целей»[8]. Причем Безуглов А.А. не включает в состав правового статуса депутата уже ставший традиционным такой элемент, как его функции, и выделяет такой нетипичный элемент, как возникновение, прекращение и срок действия депутатского мандата[10].

Суть данного подхода состоит в том, что внутри отрасли права выделяют важнейшие публично-правовые институты, система которых формируется исходя из логики законодателя, выделяющего в структуре базовых законодательных актов конкретные сферы правового регулирования. Исходя из институционального подхода, О.Е. Кутафин и В.И.Фадеев определяют систему муниципального права как «объединение муниципально-правовых норм в муниципально-правовые институты, расположенные в определенной последовательности и зависимости от их значения и роли в регулировании муниципальных отношений»[12].

Вместе с тем, автор солидарен с указанными учеными в том, что характер депутатского мандата, его возникновение и длительность являются общими и необходимыми условиями обладания депутата специальным правовым статусом. С юридической точки зрения несомненно, что акт избрания гражданина депутатом и вручение ему мандата означает возникновение у него специальной правоспособности, которая дает возможность эффективно и беспрепятственно осуществлять представительные функции.Для ответа на вопрос о том, как применительно к депутату представительного органа муниципального образования соотносятся понятия «депутатский мандат» и «правовой статус депутата», наиболее предпочтительной, по мнению автора, представляется сформировавшаяся в науке советского государственного права точка зрения о том, что такой мандат следует рассматривать, прежде всего, как форму взаимоотношений депутата с избирателями, определяемую его сущностью и политико-правовой природой[1].

Указанная точка зрения находит свое отражение в определении Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 г. № 392-О «По запросу Верховного Суда Республики Карелия о проверке конституционности пункта 9 части первой, частей второй и третьей статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», в котором подчеркивается, что в основе депутатского статуса, лежит публично-правовая природа его мандата, а именно «природа парламента и депутатского мандата, предопределяющая необходимость специальных гарантий беспрепятственного осуществления парламентариями своих полномочий»[3]».

Опираясь на приведенные правовые позиции и мнения ученых, логично предположить, что мандат депутата представительного органа муниципального образования является частью (элементом) правового статуса указанного депутата, определяет его сущность и политико-правовую природу.


[2] Вестник Конституционного Суда Российской Федерации.  - 2005. -  № 2.



[2] См. например: Гранкин И.В. Парламент России. - М.: Консалтбанкир, 1999. - С. 17; Щербакова Н.В. К вопросу о сущности представительной власти //  Проблемы народного представительства в Российской Федерации. М.: Издательство Московского университета, 1998. - С. 31.

1 Тихомирова Л. В., Тихомиров М. Ю. Юридическая энциклопедия. Изд. 5-е, доп. и перераб. / Под ред. М. Ю.Тихомирова. - М., 2005. - С. 390.

[5] Ведомости Московской городской Думы. - 2005. -  № 8

[7] Зиновьев А.В. Статус народного депутата в СССР - М., 1987. - С. 24-27.

[9] Безуглов А.А. Советский депутат: государственно-правовой статус. М.: Юрид. лит., 1971. - С. 48-49.

[11] Кутафин О.Е., Фадеев В.И. Муниципальное право Российской Федерации. Учебник. 3-е издание, переработанное и дополненное. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект.  - 2006.  - С. 33.

[12] Вестник Мэра и Правительства Москвы.  - Апрель 2004. - № 20.



 

ISSN 2500-0217 / Включен в Перечень ВАК

О журнале

Всероссийский общественно-политической и научно-правовой журнал основан в феврале 2005г. и постепенно становится известным в различных регионах страны.

Журнал публикует статьи, посвященные острым проблемам реализации положений статьи 1 Конституции Российской Федерации о демократической федеративной и правовой сущности нашего государства.

Новости

Подписка

Подпишитесь на Email рассылку новостей и обновления сайта